Ребёнок боялся уроков английского: история Леры без волшебной мотивации
Если ребёнок не хочет английский, он быстро становится человеком с богатой фантазией и неожиданно глубокими познаниями в собственном организме.
У Леры перед уроком то болел живот, то голова, то обнаруживалась такая усталость, будто она не в школу сходила, а минимум разгрузила вагон. Мама пыталась понять, что из этого правда, что попытка избежать занятия, а где начинается знакомый многим родителям семейный спектакль.
Когда каждый урок начинается с переговоров
Сначала взрослые обычно уговаривают. Затем объясняют, зачем вообще нужен английский. Потом раздражаются, снова пытаются говорить спокойно — и постепенно само занятие становится событием, к которому вся семья заранее готовится как к конфликту.
Мама уже не понимает: ребёнок действительно не может, не хочет или просто хорошо изучил момент, когда взрослый сдастся первым. А ребёнок видит, что английский всегда начинается с напряжения, и защищается ещё до того, как открыл учебник.
Почему мы не искали волшебную мотивацию
Мне не хотелось обещать, что Лера полюбит английский с первого урока. Такие обещания красиво звучат в рекламе, но мало похожи на реальную жизнь.
Сначала было важнее изменить сам опыт занятия. Чтобы ребёнка не начали с порога проверять на всё, чего он пока не знает. Чтобы ошибка не стала трагедией. Чтобы первое задание оказалось ей по силам.
Лера пришла на урок настороженная. Она сидела перед экраном с выражением лица, которое без слов говорило преподавателю: «Ну давайте, попробуйте меня удивить». Поначалу явно ждала привычной проверки.
Но получила простое задание, смогла ответить и услышала спокойную реакцию преподавателя. Затем сделала ещё один шаг. Постепенно начала включаться.
Иногда интерес появляется не тогда, когда урок превращают в цирк, а тогда, когда ребёнок впервые чувствует, что у него здесь что-то получается и за ошибку никто не собирается его стыдить.
Что произошло через неделю
Перед следующим занятием мама по привычке морально готовилась к очередному раунду переговоров. А Лера уже сидела перед ноутбуком сама.
Для меня этот момент важнее любых громких формулировок. Она не стала идеальной ученицей. Не попросила дополнительные уроки и не проснулась утром с желанием срочно повторить грамматику.
Но английский перестал быть чем-то, от чего нужно заранее отбиваться всеми доступными способами.
Дальше начинается нормальная работа
Где-то будет лень, где-то сопротивление, где-то хороший урок, а где-то неудачный день. Постепенно именно из этого складывается путь, на котором ребёнок перестаёт каждый раз бороться с самим фактом занятия и начинает просто учиться.
Важно не спутать отсутствие протеста с настоящей самостоятельностью. Мы не стремимся получить удобного ребёнка, который молча выполняет всё, что ему говорят. Мы хотим, чтобы он понимал задачу, мог попросить помощь, пробовал сам и замечал собственный прогресс.
Что помогло Лере
Ей дали посильный старт, не устроили проверку знаний, позволили ошибаться и подобрали преподавателя, который смог сохранить спокойствие и структуру. От ребёнка не потребовали сначала полюбить предмет — ему помогли получить опыт, в котором английский перестал означать неудачу.
Именно такие истории мы показываем в серии «Мамы и английский». У наших учеников нет идеального маршрута, зато есть настоящий.
Если перед каждым уроком английского у вас дома начинаются уговоры, слёзы или бесконечные жалобы, заполните бриф на сайте THE SKILL. Мы попробуем понять не только уровень ребёнка, но и причину, по которой занятие стало таким трудным.
Если ребёнок не хочет английский, он быстро становится человеком с богатой фантазией и неожиданно глубокими познаниями в собственном организме.
У Леры перед уроком то болел живот, то голова, то обнаруживалась такая усталость, будто она не в школу сходила, а минимум разгрузила вагон. Мама пыталась понять, что из этого правда, что попытка избежать занятия, а где начинается знакомый многим родителям семейный спектакль.
Когда каждый урок начинается с переговоров
Сначала взрослые обычно уговаривают. Затем объясняют, зачем вообще нужен английский. Потом раздражаются, снова пытаются говорить спокойно — и постепенно само занятие становится событием, к которому вся семья заранее готовится как к конфликту.
Мама уже не понимает: ребёнок действительно не может, не хочет или просто хорошо изучил момент, когда взрослый сдастся первым. А ребёнок видит, что английский всегда начинается с напряжения, и защищается ещё до того, как открыл учебник.
Почему мы не искали волшебную мотивацию
Мне не хотелось обещать, что Лера полюбит английский с первого урока. Такие обещания красиво звучат в рекламе, но мало похожи на реальную жизнь.
Сначала было важнее изменить сам опыт занятия. Чтобы ребёнка не начали с порога проверять на всё, чего он пока не знает. Чтобы ошибка не стала трагедией. Чтобы первое задание оказалось ей по силам.
Лера пришла на урок настороженная. Она сидела перед экраном с выражением лица, которое без слов говорило преподавателю: «Ну давайте, попробуйте меня удивить». Поначалу явно ждала привычной проверки.
Но получила простое задание, смогла ответить и услышала спокойную реакцию преподавателя. Затем сделала ещё один шаг. Постепенно начала включаться.
Иногда интерес появляется не тогда, когда урок превращают в цирк, а тогда, когда ребёнок впервые чувствует, что у него здесь что-то получается и за ошибку никто не собирается его стыдить.
Что произошло через неделю
Перед следующим занятием мама по привычке морально готовилась к очередному раунду переговоров. А Лера уже сидела перед ноутбуком сама.
Для меня этот момент важнее любых громких формулировок. Она не стала идеальной ученицей. Не попросила дополнительные уроки и не проснулась утром с желанием срочно повторить грамматику.
Но английский перестал быть чем-то, от чего нужно заранее отбиваться всеми доступными способами.
Дальше начинается нормальная работа
Где-то будет лень, где-то сопротивление, где-то хороший урок, а где-то неудачный день. Постепенно именно из этого складывается путь, на котором ребёнок перестаёт каждый раз бороться с самим фактом занятия и начинает просто учиться.
Важно не спутать отсутствие протеста с настоящей самостоятельностью. Мы не стремимся получить удобного ребёнка, который молча выполняет всё, что ему говорят. Мы хотим, чтобы он понимал задачу, мог попросить помощь, пробовал сам и замечал собственный прогресс.
Что помогло Лере
Ей дали посильный старт, не устроили проверку знаний, позволили ошибаться и подобрали преподавателя, который смог сохранить спокойствие и структуру. От ребёнка не потребовали сначала полюбить предмет — ему помогли получить опыт, в котором английский перестал означать неудачу.
Именно такие истории мы показываем в серии «Мамы и английский». У наших учеников нет идеального маршрута, зато есть настоящий.
Если перед каждым уроком английского у вас дома начинаются уговоры, слёзы или бесконечные жалобы, заполните бриф на сайте THE SKILL. Мы попробуем понять не только уровень ребёнка, но и причину, по которой занятие стало таким трудным.